Когда в марте 2022 года Евросоюз запустил механизм временной защиты, никто не думал о 2027-м. Думали о выживании. Но война затянулась, а вместе с ней и вопрос, который теперь волнует миллионы людей: что произойдёт, если до следующего марта не удастся легализоваться?
Ответ неоднозначен, но точно можно сказать, что массовых депортаций Евросоюз не планирует, ведь это очень дорого (около 5 тысяч евро на одного человека), логистически сложно и противоречит гуманитарному контексту. Но отдельные страны уже сейчас посылают чёткие сигналы, что тот, кто не успеет с легализацией, должен будет уехать. Добровольно или принудительно.
Штрафы и запреты на въезд в Шенгенскую зону на 3–5 лет являются стандартной практикой для всех нелегалов. Физическая депортация, на самом деле, исключение, но реальна в пяти-шести странах.
Где риск самый высокий: пять стран с реальными планами
Анализ миграционной политики по состоянию на начало 2026 года позволяет выделить группу стран, где депортация после 2027-го является не только теоретической, но и административно подготовленной.
Дания, пожалуй, самая последовательная в ЕС в вопросе возвращения. Страна имеет opt-out от общей миграционной политики Евросоюза и действует самостоятельно. Специальный закон действует до 17 марта 2027 года.
Выходцы из регионов, которые не находятся под активными боевыми действиями, а именно Ивано-Франковской, Львовской и ряда других областей, уже сейчас рассматриваются как кандидаты на индивидуальное убежище, а не коллективную защиту.
Это существенно более сложная процедура с гораздо большим процентом отказов. Для неинтегрированных (тех, кто не имеет работы и не знает языка) риск принудительного выезда после 2027-го является вполне реальным.
Норвегия (не член ЕС, но де-факто в единой зоне) с 28 сентября 2024 года также прекратила предоставлять коллективную временную защиту жителям «безопасных» регионов (Львовской, Волынской и других). Мужчины 18–60 лет и так находятся на индивидуальной процедуре. Официальная риторика правительства — фокус на добровольное возвращение, но подтекст понятен: кто не вписывается в систему, должен уезжать.
Читайте также: Какие страны Европы могут отказать украинским мужчинам в легализации
Словакия и Чехия — обе страны поддержали позицию о возможности депортации в «безопасные третьи страны» после 2027-го (вместе с Польшей и ещё десятью государствами ЕС). Словакия особенно жёстка к тем, кто имеет дублирующий статус в другой стране ЕС или не выполнил требования интеграции. Чехия действует через механизм Lex Ukraine, но отменяет статус при выявлении параллельной регистрации.
Латвия, Литва и Эстония — балтийские государства также ограничили защиту для выходцев из регионов, где нет активных боевых действий, и ввели жёсткий контроль поездок. Задокументированная поездка в Россию или на оккупированные территории автоматически является основанием для проверки статуса и потенциально его отмены. Продолжительность разрешений три года, после чего ожидается либо продление через работу, либо выезд.
Средний риск: Польша и Германия
Польша и Германия — страны с самыми большими украинскими общинами (около миллиона и 1,2 миллиона человек соответственно) занимают более умеренную позицию, но это не означает отсутствия рисков.
В Польше PESEL UKR действует до 2027 года, после чего переход на стандартное разрешение является обязательным. Депортация предусмотрена за нелегальное пребывание, но правительство публично не декларирует массовых выселений. В то же время Польша входит в коалицию 13 стран ЕС, которые поддерживают возможность возвращения в «безопасные» регионы Украины.
Читайте также: Конец временной защиты в 2027: кто из украинцев потеряет легальный статус
Германия продолжает параграф 24 автоматически до 2027-го и является самым последовательным сторонником гуманитарного подхода. Но после 2027-го стандартные проверки станут реальностью, и депортация возможна за уголовные правонарушения или системное уклонение от интеграции.
Где риск минимальный
Испания, Италия и Франция предлагают самый плавный переход — продление разрешений, упрощённый выход на рынок труда и риторику добровольного, а не принудительного возвращения. Физическая депортация в этих странах является крайней мерой и применяется лишь в единичных случаях.
Сводная таблица рисков после 2027 года
Страна | Риск | Основания / Планы | Украинцев |
|---|---|---|---|
| Дания | Высокий | Новые ограничения, проверка интеграции, opt-out от ЕС | ~53 тыс. |
| Норвегия | Высокий | Временная защита закрыта для 'безопасных' регионов с 09.2024; фокус на возвращение | Значительная |
| Словакия | Высокий | Дублирующий статус, поддержка депортаций в 'безопасные' регионы | — |
| Чехия | Высокий | Lex Ukraine + проверки; коалиция 13 стран ЕС за возвращение | Большая |
| Латвия / Балтия | Высокий | Ограничения по региону, отмена за поездки в РФ, 3-летние разрешения | Малая |
| Польша | Средний | PESEL UKR до 2027, после — визы; поддержка возвращений в 'безопасные' регионы | ~1 млн |
| Германия | Средний | Авто до 2027, после — стандартные проверки; депортация за преступления | ~1,2 млн |
| Испания | Низкий | CREADE авто-продление; добровольное возвращение, не принудительное | — |
| Италия / Франция | Низкий | упрощённый переход на работу | — |
Экономика депортации: почему принуждение это крайняя мера
Принудительная депортация — это дорогая операция. По расчётам Еврокомиссии, возвращение одного человека обходится принимающему государству примерно в 5 тысяч евро: конвой, юридическое сопровождение, авиаперелёты или наземный транспорт, административное оформление.
Читайте также: После временной защиты: как мамам с детьми остаться в ЕС после марта 2027 года
Именно поэтому ЕС продвигает концепцию добровольного возвращения и так называемые Unity Hubs — консультационные центры, которые помогают людям организовать выезд самостоятельно. Это дешевле, мягче и менее резонансно политически.
Но это не означает, что принудительный вариант исключён. В странах с самым высоким риском, особенно в Дании и Норвегии, бюрократическая машина уже настроена на проверки и отказы. Кто не пройдёт фильтр, не будет иметь выхода.
Практический вывод: что делать сейчас
Независимо от страны, логика одна: добровольный переход на легальный статус — лучшая страховка от любого риска.
- Если есть работа — оформите официальный трудовой договор. Это ключевой аргумент для любой миграционной службы.
- В Дании и Норвегии — получите справку ТЦК об отсрочке или непригодности к службе, если вы мужчина 18–60 лет.
- В Балтии — не ездите в Россию или на оккупированные территории. Это автоматическое основание для проверки.
- В Литве — замените карточку до 31 декабря 2026 года.
- Везде — начинайте переход на национальное разрешение не позже середины 2026-го. Очереди растут.
- Обратитесь в УВКБ ООН или местное НКО — бесплатная консультация доступна во всех упомянутых странах.
Читайте также: